Кто такие русские национал-патриоты, и как они решили брать власть

0 18

На фоне протестов в России, в том числе в Хабаровске и в Башкирии, в стране оживились национал-патриотические движения, настроенные оппозиционно по отношению к существующей власти. Их основная платформа — это бывшие и действующие военные, а также ополченцы Донбасса, еще недавно считавшиеся надежной опорой режима. Их главная идея — приход к власти. Znak.com поговорил с их представителями, включая экс-министра обороны ДНР Игоря Стрелкова и представителей Союза добровольцев Донбасса, и выяснил, что пока одни намерены действовать через протестное движение, другие обсуждают создание новой партии, которая должна стать альтернативой «Единой России». Ее идеологом называют Владислава Суркова. Впрочем, политологи сомневаются в перспективах как тех, так и других.

РИА Новости

«Привет, братиш! Мы тут движение организуем…»

С Алексеем Ивановичем мы познакомились в сентябре 2019 года на берегу Байкала. 39-летний коренастый парень в камуфляже с пытливыми и чуть грустными взглядом шагал по трассе Улан-Удэ — Иркутск вместе с шаманом Александром Габышевым — якутом, собиравшимся тогда дойти до Кремля и изгнать Владимира Путина. Алексей Иванович — из иркутской столицы металлургов Шелехова. Участвовал во второй чеченской, воевал в 160-м гвардейском танковом полку полковника Юрия Буданова. Того самого, получившего срок по обвинению в убийстве чеченской девушки, вышедшего в 2009 и расстрелянного в 2011 году. 

«Там все было совершенно не так», — отрезал сразу все мои вопросы Алексей Иванович. О покойной чеченской девушке он говорит исключительно как о взятом в плен снайпере, воевавшем на стороне сепаратистов. Уверен, что никто ее не пытал. Полковника Буданова, вечно спорившего с армейским начальством, считает жертвой оговора, Юсупа Темерханова, получившего срок за его расстрел, — подставным лицом.

Кто такие русские национал-патриоты, и как они решили брать власть

Алексей ИвановичZnak.com

Дело командира, кажется, повернуло что-то в сознании молодого Иваныча. Впрочем, не сразу. Первые несколько лет после армии он боролся с тем, что психологи называют чеченским синдромом. «По ночам спать долго не мог. Слух на войне так обострился, что лежишь, бывало, и слышишь через все этажи, как на первом у соседей вода из крана капает», — вспоминал Иваныч. Лишь раз он криво усмехнулся на вопрос о том, почему не было государственной психологической помощи. «Матушку жалко, ей сильно тогда досталось со мной», — ответил он.

Позже, подумав, добавил, что государство их просто кинуло. Кинуло, как использованный и не нужный более материал.

Самым трудным для него тогда оказался вопрос о войне на юго-востоке Украины. Иваныч был там добровольцем, помогал русским. Говорил, что иначе было нельзя и после Иловайска они были готовы дойти до самого Киева. Спорили. Сошлись на том, что тысячи погубленных жизней в Донбассе и Луганске, в том числе среди мирного населения, не стоили того, во что эта бойня вылилась к нынешнему моменту.

Потом разговор зашел про бедолаг-пенсионеров, выживающих в России на нищенские пенсии, о задерганных и таких же нищих врачах, и учителях, о прозябающей провинции и о китайцах, которым на откуп отдаются леса, поля и все, что под ними.

Как-то вскользь Иваныч упомянул о военных и бывших ополченцах, которым все эти реалии путинской России изрядно осточертели. Заметил, что накопленный ими опыт подсказывает весьма определенные варианты выхода из сложившейся ситуации. Но дальше этого разговор не пошел.

Периодически Иваныч крутил в руках старый, полуразбитый кнопочный телефон. Я спросил: «Почему смартфон не купишь, удобно же?» «Мне и этот не нужен, да братишка подарил, звонить чтобы чисто», — очень просто, без всякой похвальбы ответил Иваныч. Казалось, что ему, до сих пор не пережившему внутри себя войну, вообще чужды почти все прелести обычной жизни.

И вот теперь он звонит сам: «Привет, братиш! Мы тут движение организуем…» В трубку он начинает рассказывать про Ивана Отраковского и его команду служения «За Отечество». «Помнишь, я тебе тогда про что говорил? Ну вот!» — воодушевленно продолжает Иваныч. Теперь он Алексей Иванович Бурлаков — координатор команды Отраковского по Сибири.

«В случае смуты в России полыхнет по-серьезному»

«Это не движение, это общественно-политическая команда. Скорее, даже национальная идея. Кто нас поддерживает, тот под идею собирается для того, чтобы к ней идти. А идея эта простая — социально-справедливое государство, в котором мы все, граждане, семья», — вносит корректировку Иван Отраковский. 

Лидеру национал-патриотического движения, команды, 45 лет. Его отец, генерал-майор Александр Отраковский, в ночь на 6 марта 2000 года умер на командном пункте десантно-штурмового батальона близ чеченского села Ведено. Отраковский-младший был в армии с 1992 года. Служил на Северном флоте. Потом воевал в Чечне, до 1998 года командовал подразделением антиснайперов. Ряды ВС РФ покинул через год после смерти отца в звании капитана с Орденом мужества и медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» на груди.

«Я после армии окунулся в гражданскую жизнь. Занимался, как все, коммерцией, зарабатывал, — говорит Отраковский. — Думал, что Владимир Путин — наш президент, все будет нормально, и жил своей жизнью, но в душе была пустота».

Перелом случился осенью 2010 года — «когда [Анатолий] Сердюков отматерил Героя России [полковника Андрея Красова] в Рязанском училище за то, что тот построил храм Ильи Пророка». «Тогда встали все десантники. Я сам был так ошарашен, как будто на меня вылили ушат холодной воды. Это было мое отрезвление и осознание того, что в стране происходят преступные вещи», — признается Отраковский.

Первое, с его слов, публичное выступление он сделал в поддержку полковника Владимира Квачкова. «Ему тогда предъявили обвинение в подготовке покушения на одного из уничтожителей России (Анатолия Чубайса — прим. Znak.com). Но я уже тогда понимал, что полковник имел целью своей другое. Он имел целью возрождение страны», — продолжил Отраковский. Говорит, что после приговора Квачкову, которому в 2013 году по обвинению в подготовке мятежа дали 8 лет колонии, сам стал глубже разбираться в экономике и политике, начал находить «различные связи». Тогда же у Отраковского, по его собственному признанию, созрела главная цель — «возврат природных богатств народу». Пришло осознание того, что «в государстве должна быть справедливость».

«Для того чтобы построить социально-справедливое государство, надо национализировать природные богатства. Они нужны для того, чтобы провести новую индустриализацию. Это необходимо для того, чтобы дать новые рабочие места людям, — описывает свою Россию будущего Отраковский. — Около 50% населения должно быть на земле. Мы это видим через развитие фермерских хозяйств и сельских общин. Но без загона людей в колхозы».

По его мнению, «Россия не должна сидеть на нефтяной игле, страна должна вернуть себе статус продовольственной державы». «Мы имеем возможность накормить весь мир, обеспечивая при этом собственную продовольственную безопасность. При этом давать людям здоровую пищу. В конце концов, генофонд нации зависит от качества воды, еды и воздуха», — говорит Отраковский.

Кто такие русские национал-патриоты, и как они решили брать власть

Иван Отраковскийстраница Ивана Отраковского / «ВКонтакте»

Важный элемент — духовно-нравственное воспитание. «Идеология — для верующих людей, нравственность — для атеистов», — разделяет Отраковский. Он мечтает о том, чтобы люди не замыкались только на себе, не были эгоистами, «не были ворами и коррупционерами, а разделяли идею служения». Под служением понимается служение национальной идее без излишней концентрации внимания на личном благосостоянии. 

Отраковский не скрывает, что во многом разделяет идеи большевиков.

Он полагает, что СССР пришел к краху не из-за порочности коммунистической идеи. Союз распался из-за того, что «прекратилась связь народа с партийными боссами» и «было колоссальное давление центрального аппарата на население». Обещает не допустить повторов в будущем. Например, предлагает формировать городские думы за счет «лучших людей предприятий», а заседания Госдумы сделать выездными и проводить в разных регионах страны.

В части социального развития Отраковский делает ставку на многодетные семьи: «Возрождение многодетных семей с глубоким духовно-нравственным укладом мы считаем одной из важнейших задач. Только так мы сможем сохранить то, что планируем возродить в будущем: производство, сельское хозяйство, науку, образование, здравоохранение. Кроме того, только так мы не дадим заселить нашу землю чуждыми народами. Сами мы должны плодиться и размножаться».

Говорит он простые, во многом банальные вещи. Но именно такие и любят слышать народные массы. История России и Германии первой половины XX века тому лучшее доказательство.

Нынешнюю власть в России Отраковской называет «незаконной». Для ее характеристики использует термин «элитки». «Они паразитируют на нашей стране, готовят ее к развалу. Элитки — это самые паршивые овцы, которые есть в нашем обществе. Они дорвались до кормушки и грабят, попутно уничтожая людей, которые еще хоть что-то пытаются здесь сделать», — поясняет Отраковский.

Иван Отраковский сомневается, что власть в России сменится через выборы. «Это очень сложно. Мы знаем, как это все происходит сейчас в России. Знаем, что, скорее всего, [оппозиционных кандидатов до выборов] не допустят, а допустят своих, которым надо к той же кормушке. Глобально таким путем изменить что-то в стране — не-воз-мо-жно!», — нараспев резюмирует оппозиционер.

Больше перспектив он видит в протестных движениях, к которым могут подключиться патриоты, в том числе силовики. «В случае смуты в России полыхнет по-серьезному. Это не Украина и не Белоруссия. Здесь и должна появиться та самая третья сила (патриоты — прим. ред.). Это ровно то, зачем мы привлекаем сотрудников в погонах и тех, кто в отставке, в свои ряды. Чтобы на волне народной поддержки нас вытащили на самый верх», — отмечает Отраковский.

Он проговаривает, что во время акций протеста его сторонники выйдут вместе с народом, и надеется, что ОМОН перейдет на сторону «народных масс».

«Там, за щитами, стоят такие же парни. Они не тупые псы и не идиоты. Их отличает от меня только то, что они с дубинкой, со щитом и под приказом. Не все ведь забивают людей, хотя и такие идиоты встречаются. Но под приказом они только до той ситуации, покуда народ массово не начинает выходить», — поясняет он свою мысль. В пример приводит Башкирию, где «ОМОН не пошел на людей в битве за гору [Куштау]» (на самом деле силовой разгон протестующих в Башкирии все-таки был — прим. ред.).

По его мнению, ближайшим катализатором народных протестов могут стать попытки массовой вакцинации от коронавируса. Именно поэтому, считает оппозиционно настроенный патриот, власти сейчас пытаются разделить общество и проводить вакцинацию «отдельных социальных слоев»: врачей, учителей, армии и так далее. «Но должно же сработать сознание! Тут уже или работа, или жизнь. Всем же понятно, что эта вакцина, слепленная за полгода, не сможет принести никакого положительного результата, а сможет нанести громадный вред!» — восклицает Отраковский.

Вот за таким человеком пошел Иваныч.

«Не Путин сейчас силен, мы пока слабы»

От ответа на прямой вопрос о численности его команды служения «За Отечество» Отраковский уходит: «Можно сказать, что за нами вся Россия». Его заместитель, 44-летний майор в отставке Виталий Савичев, говорит, что идеи движения разделяют многие военнослужащие и ветераны ВС РФ.

Сам он отслужил 15 лет в отряде спецназа Внутренних войск МВД РФ «Витязь». «Несмотря на то, что это внутренние войска, сам я никогда со своим народом не воевал. Большую часть жизни воевал на Северном Кавказе с ваххабитами и террористами. Присягу мы принимали — служить народу и Отечеству», — подчеркивает Савичев. При этом он проводит черту между спецназом бывших внутренних войск и нынешним ОМОНом Росгвардии: «ОМОН был именно создан для подавления собственного народа, их этому обучали». 

Савичев говорит, что его собственное отношение к российской действительности начало трансформироваться примерно с 2004 года. Повлияло услышанное когда-то выступление генерал-майора Константина Петрова, который в 1990-х годах возглавлял центральный совет «Народного движения к Богодержавию», а также один «личный пример». «Я сам родом из Смоленской области. В моем родном поселке до 2001 года было восемь заводов и 5 тыс. жителей. Сейчас это деревня. Нет ни одного завода и только 1,5 тыс. жителей», — пояснил отставной спецназовец.

В разговоре всплывает аббревиатура ОКПА — Объединенного комитета протестных акций, созданного в начале этого года на волне протеста из-за поправок к Конституции. Отраковский говорит, что ОКПА сейчас — это координирующий орган оппозиционных национал-патриотических движений страны.

Помимо его команды туда входят еще несколько объединений. «Квачков, лидер движения Русского христианского социализма, Стрелков и его „Новороссия“», — перечисляет он единомышленников.

Кто такие русские национал-патриоты, и как они решили брать власть

Игорь Стрелковстраница Игоря Стрелкова / «ВКонтакте»

«У каждого есть определенные группы поддержки. Но они пересекаются и друг к другу относятся положительно. Мы все сейчас идем в одном русле, и в этом плане наши усилия объединены», — подчеркивает Отраковский. Тем самым прозрачно намекая на то, что в ОКПА вошли все национал-патриотические движения России, выражающие недоверие действующей власти.

В июле этого года отставной полковник ГРУ Квачков в интервью Znak.com также не исключал возможности смены власти в России в краткосрочной перспективе. «Не Путин сейчас силен, мы пока слабы. Я ведь военный разведчик. Меня с 18 лет учили оценивать ситуации в других странах. Поэтому для оценки военно-политической ситуации в России я беру оценку военно-политических ситуаций в других странах. И с точки зрения военно-стратегической, это сгнивший насквозь организм», — отмечал Квачков.

Как и Отраковский, он возлагает надежды на рост протестных настроений в стране. При этом угрозу перерастания конфликта в полноценную гражданскую войну исключает.

«Какая гражданская война? Чтобы поместить всех [представителей одной из национальностей] из Госдумы надо три-четыре автозака по 30 человек. Это гражданская война, что ли? Ну, для правительства еще пару автозаков. Где вы видите социальные силы в России, которые будут воевать за них? Смешно просто, нет сейчас в России таких сил! Поэтому гражданская война — это миф и страшилка, придуманная холуями», — настаивает Квачков.

Но ставку именно на своих сторонников он делать не рекомендует. Во многом из-за их возраста: «Я отсидел за военный переворот. Мы тогда во Владимирской области говорили о военно-революционном восстании с захватом складов вооружений. И, по оценкам ФСБ, это ополчение составляло несколько сотен боевиков. Это бывшие советские офицеры, прапорщики и солдаты. Сейчас этот контингент сошел на нет. Кто пришел ко Христу — пошел дальше, а кто не пришел, тот стух. К тому же сейчас им под 60 лет».

Кто такие русские национал-патриоты, и как они решили брать власть

Владимир КвачковЯромир Романов / Znak.com

Разговор этот велся на территории мятежного Среднеуральского женского монастыря, что возле Екатеринбурга. Его построил и с весны этого года удерживает лишенный патриархом Кириллом сана схимонах Сергий. Он же — тезка последнего русского царя Николай Романов. Довольно быстро вокруг Квачкова тогда собралось около сотни крепких мужчин. Тоже из адептов Сергия. Они очень внимательно слушали полковника, периодически кивали головами, соглашаясь с ним, и пытались уточнить что-то важное для себя. Сколько Квачкова поддерживает людей в целом по стране, сказать трудно. Но на его страничку в соцсети «ВКонтакте» подписаны 15 966 человек. Это куда больше, чем та группа, с которой он, по его же словам, обсуждал восстание.

Экс-министр обороны ДНР Игорь Стрелков в разговоре с корреспондентом нашего издания был в высказываниях максимально осторожен. «Я не отвечаю за выступления ни Отраковского, ни Владимира Васильевича. Они говорят то, что думают, а я не всегда разделаю эти вещи. Хотя к обоим отношусь с большим уважением», — подчеркнул Стрелков. Но на вопрос о том, насколько популярны антипутинские настроения среди бывших ополченцев и готовы ли они добиваться смены действующего режима, ответил очень определенно.

«У ополченцев таких настроений не было. Но сейчас я знаю только одно: существующую власть ополченцы в подавляющем числе не поддерживают. Считают, что она предала и их, и русский народ. Сам я считаю, что это абсолютно правильно», — заявил Стрелков.

Этот тезис Стрелков и его сторонники уже многократно развивали в интервью для СМИ и в своих публикациях в соцсетях. Речь идет о претензиях к российской власти за отказ от проекта «Новороссия» — открытой вооруженной поддержки ополченцев и создания на базе ДНР-ЛНР конфедерации новых государств вдоль украинско-российской границы.

Ядерный электорат Путина

Усомниться в справедливости слов Стрелкова заставляет деятельность Союза добровольцев Донбасса (СДД). Учредительный съезд СДД, напомним, состоялся в октябре 2015 года аж в Центральном музее Великой Отечественной войны на Поклонной горе в Москве. Сейчас у Союза шесть десятков региональных отделений, которые расположены во всех восьми федеральных округах РФ.

К примеру, отделение СДД в Курганской области с 2015 года возглавляет Александр Устюжанин. Природный, а не потомственный казак, как он сам говорит про себя. В 2014 году поехал на Украину добровольцем. Принимал участие в крымской операции, потом воевал в Донбассе, в том числе в боях у Саур-Могилы. Там его знали под позывным «Сталкер». Тогда, вспоминает Александр, на юго-востоке Украины воевало около 50 курганцев, из них семеро в составе его отряда. В основном все люди с боевым опытом, у некоторых по две-три военных кампании за спиной. В 2015 году Устюжанин вернулся домой. Сейчас живет на средства от сдачи своей машины в аренду, заочно учится в одном из курганских вузов на управленца. В лояльности «Сталкера» к власти вряд ли кто-то может усомниться — 10 лет назад он вступил в «Единую Россию» и только в августе этого года вышел из нее.

Кто такие русские национал-патриоты, и как они решили брать власть

Слева направо: Александр «Сталкер» Устюжанин, Дмитрий «Мент», Алексей «Метелица»Никита Телиженко

Эти взгляды полностью разделяет и его заместитель по реготделению СДД. Зовут его Дмитрий, он из Санкт-Петербурга. За плечами множество мест работы и специальностей: от охранника до сотрудника МВД. В 2014–2015 годах воевал в ЛНР. Позывной «Мент». Говорит, что командировка в Луганск тогда для него стала случайной. В 2013 году пошла черная полоса. За короткий промежуток времени у него сгорели квартира, машина. Находился в депрессии, и в этот момент друзья уговорили его съездить на юго-восток Украины. Воевал в составе батальона «Призрак» под командованием Алексея Мозгового (погиб в результате покушения в 2015 году — прим. ред.), в том числе был под Дебальцево. Вернулся домой в марте 2015 года «в аккурат на свадьбу своей дочери». Потом переехал в Курган, где сейчас снова работает охранником и в свободное время занимается исторической реконструкцией.

Еще один представитель СДД Алексей «Метелица», прослуживший в Донбассе более четырех лет, говорит, что нейтрально относится к Владимиру Путину, но претензии к власти у него тоже накопились.

«Я Стрелкова лично не знаю, у него не служил, но его слова о том, что всех нас, кто там был, предали — это правда. Нас даже не признают, что мы там были.

Нам говорят: ну, вас же никто насильно туда не направлял. Возможно, они боятся, что если признать, что мы там были, и дать официальный статус, Россию признают как страну, поддерживающую терроризм. А если не признавать, получиться, что просто очень много человек, и мирных, и гражданских наших, что там погибли, просто минусом, будто их и не было. Конечно же, это не правильно», — считает Алексей.

Таков сейчас ядерный электорат Владимира Путина на юге Уральского федерального округа из числа национал-патриотов.

Новая «партия власти»

В СДД сейчас многие воодушевлены перспективами организации своей партии. «Задача одна ставится — стать партией власти и выкинуть „Единую Россию“. Очень много жуликов там собралось. Понятно, что их много в любой партии, у которой долго власть в руках. Думаешь, в КПСС их не было? И в партию [Алексея] Навального, если она придет к власти, те самые люди придут. Вот поэтому и надо создавать свою партию да с ними бороться», — заявил один из собеседников Znak.com в Союзе. 

Названия у партии, по его словам, пока нет. Но наш собеседник искренне надеется, что его выберут на второй конференции СДД, которую планируется провести «в ближайшее время». 

Будущую партию он мнит как новую опору Владимира Путина и проводимого им курса. Поэтому, объясняет наш собеседник, идея уже получила поддержку в администрации президента РФ.

Пресс-секретарь СДД Мария Коледа не стала отрицать того, что в Союзе планируется провести новую конференцию. Однако комментировать тему партийного строительства не стала. Попросила не форсировать события, пообещав попутно, что чуть позже появится официальное заявление на этот счет.

В мартовской конференции СДД, к слову, участие принимали экс-помощник президента России и бывший спецпредставитель России по Украине Владислав Сурков, бывший премьер-министр ДНР, председатель правления СДД Александр Бородай и предприниматель, основатель телеканала «Царьград» Константин Малофеев.

Пресс-секретарь бизнесмена Валерий Рукобратский со ссылкой на Бородая уточнил, что вторая конференция СДД пройдет не ранее, чем в конце осени. Поэтому комментировать вопросы относительно создания ополченцами своей партии, ее идеологии и руководящих органов «пока не имеет смысла».

«Это лже-патриотизм»

Договориться между собой представители двух направлений вряд ли смогут. Причем если собеседники Znak.com, участвующие в строительстве новой партии, не комментируют действия более радикально настроенных национал-патриотов, то оппозиционеры, готовые на акции протеста, довольно резки в своих оценках.

«Это называется: как максимально долго удержаться у власти и дурить народ. Это лже-патриотизм, цель которого — поддержка правящего режима. Режима, который будет процветать на собственное благо», — критикует Иван Отраковский идею создания партии.

Происходящее он называет «шулерством». Но признает, что кто-то из военных или бывших ополченцев «на их посулы поддастся». «Ну, попадет, допустим, наш какой-то заслуженный товарищ, герой, в Госдуму по их линии. Что он будет там делать? На кнопку нажимать, как скажут, за 450 тыс. рублей депутатской зарплаты в месяц? Толку от такого человека и его служения — ноль! Никакой пользы стране они не принесут», — добавил Отраковский.

Квачков называет СДД «чисто сурковской структурой», а строительство партии — очередным проектом Кремля. «Добровольцы будут создавать им массу, а они ею управлять. Нарастает критическая масса и действует старинное правило: во все течения, которые есть в России, надо внедриться, подорвать их и потом возглавить. Поэтому, когда стало формироваться добровольческое движение из вернувшихся в Россию [ополченцев], то они и решили создать структуру, которая будет под контролем администрации Путина», — заявил отставной полковник.

По мнению Стрелкова, будущая партия — это все-таки личный проект Суркова. «Полагаю, что АП здесь ни при чем, а вот Владислав Юрьевич в очередной раз напоминает о себе в попытках сохранить свою значимость», — отмечает Стрелков.

«Узкое электоральное гетто»

Политологи в целом крайне скептически относятся к перспективам правых национал-патриотических движений в России, отмечая узость их электоральной базы. Александр Кынев заявил, что попытки объединений ополченцев в какие-либо партии и движения с политическими амбициями абсолютно бесперспективны. Более того, они неоднократно предпринимались ранее и результат всех был отрицательным. 

«Эта история абсолютно бессмысленна. Электоральной ниши не существует, общественного интереса не существует, медийного интереса не было и нет. Кому и зачем это нужно — тоже никто не понимает. Да, есть куча каких-то сетевых структур: кто-то марки собирает, кто-то еще что-то делает, а кто-то воевал в Донбассе. Ну и что из этого?» — недоумевает политолог.

Он напомнил, что ранее уже была создана схожая по своей платформе партия Захара Прилепина «За правду!». «Без политической санкции администрации президента никто их не зарегистрирует. Но создание 125 партии в этой же нише? Пожалуйста. Только это будет еще один претендент на отъем и без того маленького количества голосов», — говорит Кынев.

Точно так же он не видит перспектив и у оппозиционно настроенных национал-патриотических объединений. «Они периодически во что-нибудь объединяются. Время от времени даже кого-нибудь садят. Потом на какой-то период тишина, потом снова объединяются, — напомнил эксперт. — Тема ополченцев гнила и бесперспективна. А оппозиционное движение — это большой отдельный разговор. И никакого отношения к ополченцам оно не имеет».

Другой политолог — Глеб Кузнецов — считает, что наблюдаемый раскол правых движений на прокремлевские и оппозиционные — это «история про то, как правильно любить Родину — по уставу или как сердце прикажет».

«Мне не кажется, что большое будущее, в принципе, есть как у тех, так и у других. Такие правые национал-патриотические организации, в принципе, есть в каждой стране. Только находятся и действуют они в узком электоральном гетто. Но у нас есть еще собственная политическая традиция — бесконечное размежевание в малых политических группах. В результате его и без того малая структура раскалывается еще на массу организаций с еще более низким потенциалом», — отметил политолог.

Он также напомнил, что по идейному багажу с рассматриваемыми движениями сейчас смыкается партия Захара Прилепина «За правду!». И высказал предположение, что перспективнее сейчас следить именно за ее судьбой. «По большой счету, у нелояльных патриотов есть КПРФ, у лояльных — „Единая Россия“, а тех, кто не хочет голосовать за ЕР, вполне устроит ЛДПР», — добавил Кузнецов. По его мнению, обсуждать перспективы еще не оформившихся толком правых организаций прямо сейчас абсолютно бессмысленное занятие.

Перспектив не видит и политолог Михаил Виноградов: «Я думаю, что в 2014 году власть довольно успешно взяла под себя национал-патриотическую повестку — и патриотам оставалось либо встраиваться в предложенную систему, либо маргинализироваться. Ситуация по большому счету не изменилась до сих пор».

Собеседник Znak.com, близкий ФСБ, говорит, что российские правоохранительные органы не делают больших различий между либеральной и правой оппозицией. Процессы формирования новых структур что там, что там интересны силовикам только в одном аспекте — как лакмусовая бумажка, позволяющая выявить и поставить на учет самые «горячие головы».

Хочешь, чтобы в стране были независимые СМИ? Поддержи Znak.com

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

Примечание после комментария

Данный сайт использует файлы cookies принять Читать далее